Инесса Шкляр зашла в телефонную будку, рядом с газетным стендом, опустила жетон и набрала номер.

— Коля? — нежно спросила она, полуулыбнувшись. — Это Инна. Да. Да… К тебе должен Жора прийти… Да… Я просто с ним разминулась, он мне говорил… Можно будет, да?… Да?… Точно? Будет? Тогда я, может быть, подъеду?… Да? Ну, я сейчас.

Она медленно повесила трубку и задумчиво вышла из будки. Стоял пасмурный полдень. Инесса нерешительно направилась к метро, потом вдруг остановилась, посмотрела на закончившуюся сигарету в своих пальцах и отбосила окурок.

— Нет! — внезапно произнесла она вслух, раздраженно покачав головой. — Нет!

Она вышла на край тротуара и уверенно подняла руку. Буквально тут же затормозило проезжающее мимо такси. Шкляр открыла дверь; толстый лысоватый шофер бойко спросил:

— Куда?…

— Ленинградский проспект! — четко сказала Шкляр.

— Не-е… — разочарованно ответил таксист, намереваясь ехать дальше.

— А… Ленинский?… — нехотя проговорила Шкляр, ища глазами

другие машины.

— Садись! — обрадованно сказал таксист.

Инесса испуганно замерла, сжав сумочку.

— Ну?… — нетерпеливо воскликнул шофер. — Едешь?!

— Да! — наконец вымолвила Шкляр, раскрыла дверь и села в переднее кресло.

— Ну и хорошо! — весело сказал шофер, включая счетчик. — В какое место Ленинского?…

"В зад", — пронеслось в голове Шкляр. Но она произнесла нечто совершенно другое.

2

На кухне, у стены, стоял покарябанный голубой стол, напротив него, на узком красном диванчике, сидели два кавказца, одетые в заношенные цветные шелковые рубашки. Один кавказец задумчиво курил сигарету с золотым ободком, другой слегка похлопывал себя по ляжкам в широких малиновых штанах и еле слышно что-то насвистывал.