Рядом с газовой плитой, о белый столик облокотился высокий светловолосый человек лет двадцати девяти и озабоченно смотрел на красную, в белый горошек, эмалированную миску перед собой. По нижнему краю криво висящей буро-зеленой занавески, закрывающей пол-окна, шел угловатый орнамент желтого цвета; негорящая электрическая лампочка голо висела в центре облупленного грязноватого потолка на изогнтом проводе, похожем на застывшую змейку. Пахло чаем, табаком и нашатырным спиртом. Курящий кавказец грациозно стряхнул пепел в зеленый детский ночной горшок, заполненный почти до краев окурками, и глухо кашлянул.

— Есть еще аммиак? — хрипло спросил похлопывающий по ляжкам кавказец.

Раздался отрывистый звонок.

— Ну, наконец!.. — облегченно воскликнул светловолосый

человек и вышел из кухни.

— Это он? — спросил курящий кавказец. — У него растворитель?

Послышался звук отпираемой двери, скрип, шум, женский

запыхавшийся голос.

— Что это за… — недовольно проговорил кавказец, туша сигаретный бычок в ночном горшке, но тут вернулся кокетливо улыбающийся светловолосый человек, а за ним смущенно вошла раскрасневшаяся Инесса Шкляр.

Кавказцы засияли, заговорщически посмотрев друг на друга.

— Это Инна! — сказал человек, радостно указав на девушку.

— Инесса, — тут же подтвердила она, слегка наклоняя свою прелестную головку с зачесанными назад пышными волосами.

— А это Арсен, а это Армен!

— А это Коля! — хитро сказал Арсен, доставая из кармана золотистую пачку сигарет. — Вы курите?

— Можно, — ответила Шкляр, беря сигарету. — Я здесь сяду?

— Конечно!.. — воодушевленно произнес Армен.

— А Жора не приходил? — безучастно спросила Шкляр, зажигая зажигалку.

— А вы — подруга Жоры? Где он?

— Я с ним разминулась, он должен прийти. Вы… еще не сделали?

— Ах, это!.. — хихикнув, сказал Армен. — Нет еще, вон там в кастрюле два стакана уже в аммиаке, мы ждем Жору, у него растворитель, вы тоже будете?