Внезапно послышалось конское ржание. И тут же за одной из арок появился Йори, он собрался было войти в помещение, но Эл-Ит успела подбежать к нему и удержать. Нетрудно было догадаться, что произошло. Коня, конечно, заперли, но он вырвался на свободу, и солдаты, получившие приказ сторожить Йори, не осмелились последовать за ним в это частное владение — парк с павильоном, о котором только и говорила вся страна в последние недели. Эл-Ит погладила коня по морде, потянула его голову вниз и прошептала что-то сначала в одно ухо, потом в другое, после чего конь развернулся и ускакал обратно к своим стражникам.

Когда она обернулась, за ее спиной стоял пылающий гневом Бен Ата.

— Теперь понятно, что нам не врали, рассказывая про вашу страну. Вы там все колдуны и ведьмы.

— Этому колдовству легко научиться, — попыталась отшутиться Эл-Ит, но, видя, что жених по-прежнему пылает гневом, мигом утратила веселое расположение духа и быстро прошла через всю комнату к постели, сбросила на пол одну большую подушку и уселась на нее, скрестив ноги. Она не задавалась мыслью, каковы должны быть действия Бен Ата, — должен ли ее жених поступать, как она, или же остаться на кровати. Но он, не будучи уверенным ни в чем, расценил поступок невесты как вызов и сам, в свою очередь, стащил подушку с кровати, толкнул ее к стенке и уселся.

Так они и сидели, на двух подушках друг напротив друга.

Эл-Ит чувствовала себя свободно, как дома, потому что привыкла так сидеть всегда, но для Бен Ата эта поза была неудобна, он боялся пошевелиться, из опасения, что подушка выскользнет из-под него на полированном полу.

— Ты всегда так одеваешься?

— Оделась так специально ради тебя, — парировала Эл-Ит, и Бен Ата снова покраснел: с тех пор как она приехала сюда, она видела столько сердитых, смущенных мужчин, сколько в жизни своей не встречала. И она даже призадумалась: может, у них тут у всех какое-то заболевание крови или кожи?