– Значит, товарищи, о сумке я скажу потом, – громко продолжал Валерка, – а сейчас вы послушайте, что вчера произошло… Часов в десять утра застрял я в сугробах возле деревообделочного. Машин на трассе там всегда не встретишь, а мороз был, сами знаете, под тридцать. Буксую, на раствор в кузове посматриваю, не дымится – курится. Я уж на всем крест поставил, как гляжу: машина Богомякова! Кричу «ура» и бросаюсь навстречу: «Борис Андреевич, вас судьба на трассу вывела… Дернем мой драндулет!» А он даже из кабины не выходит, хмурится и, наконец, говорит: «Ничем тебе не могу помочь, Груздев. Ты свой трос неделю назад на клочки изорвал, нового у тебя нет, а я свой в боксе забыл. Вот такое дело, Груздев, ничем не могу помочь, а был бы рад…» И уехал. Понимаете, уехал!

Валерий Груздев, молодой водитель, славный парень, теперь был совершенно спокоен, и что-то взрослое, не по годам мужское чувствовалось в его позе и складках возле губ.

– Вызволили меня только часа через полтора, раствор почти схватился, и я весь оставшийся день отдирал бетон от металла. – Валерий расстегнул верхнюю пуговицу на ковбойке. – Богомяков в этот день полторы нормы сделал… Ну, а что касается троса, то трос…

– У Богомякова под сиденьем лежал! – раздался в зале густой бас. – У него троса только в тот час не бывает, когда надо товарища из сугроба выдернуть… Эх, Валера, нашел чем удивить!

Густой бас принадлежал Петру Петровичу Грабову – человеку, работающему в колонне со дня ее организации. Ободренный такой могучей поддержкой, Валерка Груздев навис над трибуной грозовой тучей.

– Мы вскрыли машину Богомякова! – бесшабашно выкрикнул Груздев. – Хотели проверить, под сиденьем трос или оставлен по забывчивости в боксе… Собрались вчетвером, провели бурную дискуссию и все-таки решили проверить машину… Трос, конечно, был на месте, но трос – пустяки перед тем, что мы еще увидели… – Валерий перевел дыхание. – Богомяков потому и приплел закусочную «Волну», что надеялся на нашу трусость, думал, что мы не признаемся. А мы ответственности не боимся, дело доведем до конца… Ребята, давайте сюда чемодан.