Баттисту и его товарища связали и отволокли в пещеру бандитов неподалеку. Любитель острых ощущений, который был простужен, откашлялся, невольно изобразив грозное ворчание.

— Эй вы, — сказал Джеппи, — если воображаете, что можете меня запугать, ошибаетесь.

Чтобы подкрепить слова действием, он хотел стереть его в порошок, но потом передумал.

— Благодарите небо, что я сегодня неважно себя чувствую, — сказал он, — а то бы я вам дал тридцать пинков.

— А вы нахал, — сказал любитель острых ощущений. — Но скажите, по секрету, почему именно тридцать?

— Потому что я никогда не даю меньше тридцати пинков.

— Мы должны этому верить?

— Честное слово!

— Да бросьте! Как же это можно тридцать раз пинать? Подумайте: сколько времени уйдет на пинание. А другому что в это время делать?

Джеппи пожал плечами:

— Меня это не касается.

— Напротив, — продолжал настаивать любитель острых ощущений, — я бы с удовольствием на это посмотрел.

— Ну, если так угодно…

— Я бы с удовольствием.

Любитель острых ощущений повернулся спиной к бандиту и стал в позицию. Джеппи поднялся.

— Пожалуйста, подержите мне вот это, — попросил он Баттисту, передавая ему дамскую сумочку.

Баттиста, который с некоторых пор изображал из себя мертвого, вздрогнул, узнав сумочку Сусанны. Тем временем Джеппи изготовился и, ведя мысленный счет, начал отпускать свои феноменальные пинки любителю острых ощущений. Вдруг он остановился.

— Тридцать, — сказал он.

— Ничего подобного, — торжествующе закричал любитель, — всего лишь двадцать девять.

— Тридцать, — возразил Джеппи. — Я считал.

— Я тоже считал, вы что думаете?

— Я вам говорю, что было тридцать пинков.

— Вам что, лучше известно?

— Вы обманщик!

— А вы мошенник и вор!

Джеппи хотел раздавить в лепешку любителя острых ощущений, но тот его успокоил.

— Послушайте, — сказал он, — не будем ссориться: начнем все сначала.