Мужчина хотел повернуть голову в их сторону, чтобы получше рассмотреть, однако не справился с этой сложной задачей. Тогда он стал рассматривать их в зеркале, висевшем напротив, хотя видно было плохо: зеркало загромождала нацеленная на посетителей батарея бутылок с войлоком пыли на горлышках.

– Чего еще подать? – спросил бармен.

– А после началась неразбериха, – сказал мужчина. – Мы оттуда ушли. Больше я его не видел. Затеяли там неразбериху. Прибыла новая бригада, говорят, все должно быть на европейский лад. Европейский! Мы и ушли, бригада за бригадой.

– Слушаю, господин, – сказал бармен вновь подошедшему клиенту.

Новый клиент, усевшийся рядом с мужчиной, заказал:

– Пива, пожалуйста.

Мужчина посмотрел на него, а затем уперся взглядом в его щеку. Клиент, почувствовав это, повернулся к нему. Мужчина заулыбался. Клиент отвернулся и устремил взгляд на зеркало, пытаясь поймать свое отражение среди бутылок. Снова из-под потолка раздался голос диктора: следующий рейс, место назначения такое-то, выход такой-то… как вдруг гомон стайки девчонок перекрыл конец объявления по радио.

Сделав над собой неимоверное усилие, мужчина наконец обернулся назад и увидел, как сестры монахини пытаются выстроить девочек по росту и утихомирить их.

– Ты посмотри на тех троих! – сказал мужчина. – Ну прямо мороженые туши в мясной лавке. – И, обернувшись к своему соседу, продолжал: – Девственницы музейные! Они в своих чепцах и хламидах крахмальных сами навроде холодильников. А рожи у них точь-в-точь холодная телятина – белые, ни кровинки.

Посетитель обернулся, чтобы рассмотреть монахинь получше. Мужчина не отрывал взгляда от зеркала, видя в нем, как сестры монахини выстроили девочек по ранжиру и повели вниз по лестнице.

– И этих увели! – возвестил мужчина.