— Кто такой Герман Силк? — повторил Суин с какой-то непонятной горечью. — Хороший вопрос.

Дэниэл решил, что это намек на двусмысленную славу Силка в локальном масштабе: какие-нибудь махинации с недвижимостью или судебная тяжба. Дэниэл пытался следить за местными скандалами — главной темой для разговоров в доме Кайтов, но ему это не всегда удавалось: такие беседы обычно велись за щедрыми порциями «Канадиан клаб» с содовой.

— Ну, насмешили, — вздыхал Суин.

Когда они подошли к двери, мистер Суин тщетно сражался с висячим кодовым замком. Перепробовал несколько шифров, а затем с озадаченной миной, свойственной дряхлым старикам или маленьким детям, достал из кармана свои собственные ключи и попытался воткнуть один из них в замочную скважину.

— Смешно, — пробормотал Суин, когда эта безумная затея тоже оказалась напрасной. — Герман Силк. Ха!

Кристи покосилась на Дэниэла, безмолвно прося прощения за то, что втянула их в эту гиблую затею. Дэниэл в ответ улыбнулся и, по своему обыкновению, театрально пожал плечами, что означало: «Прощаю, но еще припомню».

— Э-э, мистер Суин, может быть, вы мне скажете шифр? — сказала Кристи, оттеснив его от замка. У этой женщины, способной по несколько часов лежать и слушать пение преподобного Ала Грина, покуда Дэниэл отчаянно, словно вызывая джинна, тер ее масляные ступни, — у этой женщины все-таки начало истощаться терпение. В сердце Дэниэла зашевелилась слабая надежда: еще немного, и им придется отказать несчастному мистеру Суину, отказаться от покупки дома и от всей затеи Кристи с исследованием и разрешением их общей проблемы. Дэниэл надеялся: теперь, когда все пошло наперекосяк, они смогут без лишних заморочек остаться в своей квартире на Куин-Энн-Хилл и вернуться к его любимой стратегии — сделать вид, что у них все в порядке.

Суин продиктовал Кристи шифр цифру за цифрой. Кристи нажимала на кнопки. Даже замок подергала — он не поддался.