Словом, в первый свой день на корабле собаке пришлось нелегко. К тому же очень пекло солнце. А тут ещё провожающие! И на каждого надо посмотреть, с каждым надо познакомиться. Правда, взрослые Мурку не интересовали. Но ребята, пришедшие посмотреть на корабль, который увезёт их отцов в холодный океан, к штормам и китам, очень интересовали Мурку. С ребятами Мурка всегда хорошо ладил. Он их щадил, был с ними терпелив и никогда не обижал. И в этот день он словно бы догадался, что теперь ему долго не придётся видеть своих маленьких друзей, и потому милостиво позволял дёргать себя за хвост, охотно подавал лапу и ложился.

Мурка попал в очень затруднительное положение с одним толстым двухлетним мальчуганом, принявшим его за деревянную лошадь, такую же, на какой он катался дома, только мягкую.

Мальчик попытался сесть на него верхом; когда же собака чуть отошла вперёд, он потянулся за ней следом, уговаривая:

— Буланка! Буланка! Лошадка!

Малыш всё пытался поймать «буланку» за уши и вскочить в седло. Игра эта продолжалась долго, пока оба не устали. Тогда Мурка растянулся на люке, а мальчик, вздохнув, улёгся рядом, обнял пса своей толстой ручонкой за шею, погладил его и что-то пробормотал на своём детском языке. Минуту спустя оба уже спали.

Чуть погодя Мурка проснулся. Он лизнул мальчика в лицо своим длинным языком, тихонько отполз в сторону, поднялся, покрутился и пошёл посмотреть, у себя ли капитан. А мальчик знай себе спал.

Дело шло к вечеру. Ветер совсем затих. Море сверкало, словно огромное зеркало. Провожающие начали прощаться. Кто целовался, кто плакал, кто смеялся. И вскоре с корабля сошёл последний провожающий.