— Такое чувство, будто все еще лечу вниз головой. Прямо акробат какой-то.

Мелодично, нетерпеливо запиликал телефон.

— Что там у вас за самодеятельность? — послышался недовольный голос Папы.

Пожав плечами, я передал трубку дяде Володе.

— Объясняйся, акробат!

— Это я, Папа, — торопливо заговорил он. — Все хорошо, все отлично!.. Нет-нет, я сам во всем виноват. Как говорится, сорок лет, а ума нет…

— Вот именно, — кивнула Майя.

Дядя Володя засмеялся.

— Но здесь тоже очень приятная компания… — начал он, но сразу умолк и опустил руку с трубкой. Должно быть Папа отключился на середине фразы.

— Ну вот, — огорченно вздохнул дядя Володя, обводя нас взглядом, — теперь, наверное, останусь без подарка.

Он все еще был бледен. Майя подсела к нему и ласково погладила по волосам. Она любила этого чудака, хотя и в ее обращении с ним сквозила бесцеремонная насмешливость. Да его и невозможно было воспринимать серьезно.

Я снова постучал кулаком по перегородке и многозначительно подмигнул вознице. Тот понятливо кивнул, достал из кармана плоскую никелированную фляжку с золоченым орлом на боку и сунул мне ее в окошко.

— Вот спасибо, — благодарно закивал дядя Володя. — Спасибо, спасибо Серж! — Но, прежде чем отпить, он любезно предложил фляжку девушкам. Альга поморщилась и отвернулась, а Майя, задорно улыбнувшись, взяла фляжку и сделала большой глоток. Потом подтолкнула локтем Альгу. Альга сдалась и, сделав глоток, протянула фляжку мне. Я машинально втянул из горлышка запах коньяка и, отхлебнув, передал эстафету дяде Володе. Тот сделал несколько медленных глотков, обвел нас умиротворенным взглядом и повторил:

— Спасибо, дорогие, спасибо вам, ребятки!

Я возвратил фляжку вознице и, поблагодарив, жестом дал понять, что, мол, за нами не пропадет. Симпатичный парень лишь махнул рукой.

— Как же это тебя угораздило, Володенька?