— Да-да, — согласился Полботинка. — А шуму-то, а визгу!

И под этот шум и визг блюдца опустошались с невероятной быстротой, а горы рыбы исчезали будто по мановению волшебной палочки. Подъезжали все новые и новые машины, и все новые и новые кошки набрасывались на еду.

Наконец друзья решились войти во двор и, осторожно лавируя между кошками, подошли к старушке.

— Извините. Позвольте отвлечь вас на секунду, — поклонился Муфта. — Можно вас на два слова?

При этом он протянул старушке более или менее прямоугольную визитную карточку, на которой зелеными чернилами было написано:

Старушка с интересом взглянула на карточку и сунула ее в карман передника.

— Присаживайтесь, — сказала она любезно. — Отдохните.

Тут же стояло несколько плетеных стульев и небольшой столик. Правда, вся мебель была облеплена рыбьей чешуей и залита молоком, но друзей это не обеспокоило.

— Я охотно сварила бы для вас какао и испекла пирожки с рыбой, — сказала старушка. — Я страшно люблю рыбные пирожки, особенно с какао. Но ведь для этого нужны и молоко и рыба, а эти продукты — дефицит.

— Знаем, — сурово заметил Полботинка. — Молока теперь не хватает даже грудным детям.

— А разве кошкам хватает? — воскликнула старушка. — Ничего подобного! Кошек у меня с каждым днем прибавляется десятками, и если дело пойдет так дальше, скоро они не смогут насытиться.

— Положение, конечно, трудное. — Муфта попытался сказать это как можно мягче. — Но позвольте спросить, зачем вы вообще кормите эту гигантскую банду?

— Они хотят есть, — вздохнула старушка. — Что ж поделаешь!

— Неужели вы в самом деле испытываете ко всем кошкам такую огромную и бескорыстную любовь? — спросил Моховая Борода. — Ко всем вопящим здесь кошкам?

Старушка махнула рукой и горько усмехнулась.

— Ох, молодой человек! — сказала она. — Да как я могу их всех любить? Одно только мытье блюдечек отнимает у меня столько времени! Я люблю только одного кота, своего Альберта.