– Не стоит искать тмин в сырых местах, – поучал он. – Тмин любит сухой подлесок или обочину дороги. А если мы выйдем к ручью, глядите в оба: не растёт ли здесь трифоль или валериана.

Указаниям Моховой Бороды не было цены, особенно когда друзья вышли к сыроватому берегу небольшого ручья.

– Ого! – воскликнул Муфта. – Я, конечно, не бог весть какой специалист по природоведению, но внутренний голос говорит мне, что растение с розовыми цветками между этих двух кочек может оказаться трифолью.

– Совершенно верно, – кивнул Моховая Борода. – Это самая настоящая трифоль. Оборви-ка с неё листья.

И едва Муфта успел сорвать несколько листьев, как Полботинка сказал:

– Я знаю очень много лесных растений, но только одуванчики и валериану узнаю безошибочно. Вот вам, пожалуйста, и самая настоящая валериана.

Он стремительно шагнул к небольшому кустику. Моховая Борода открыл было рот, чтобы сказать Полботинку слова одобрения, но тут…

Тут раздался пронзительный крик. Этот душераздирающий вопль был настолько ужасен, что Моховая Борода и Муфта застыли от испуга. А с Полботинком произошло нечто совершенно противоположное: его буквально подбросило в воздух, как будто он наступил на мину.

На мгновение воцарилась тишина, и снова закричал Полботинка – именно он издал этот первый, раздирающий душу крик. С отчаянной быстротой он устремился к Моховой Бороде и поспешно зарылся в бороду друга.

– Что случилось, золотко? – спросил Моховая Борода. Его голос дрожал.

А Полботинка под бородой трясся всем телом и не мог выдавить ни слова.

Тут подошёл Муфта, запихивая в муфту собранные листья трифоли.

– В траве что-то движется, – сообщил он встревоженно. Моховая Борода вздрогнул:

– Что в траве? Где в траве?

– Где Полботинка взлетел в воздух, – пояснил Муфта. – Там в траве что-то движется.

– Движется, значит, – повторил Моховая Борода, в задумчивости наморщив лоб. – Так, значит, в траве что-то движется. Меня начинает это всерьёз интересовать.