– Достань карту Ленинградской области, – попросила сестра после того, как я пересказала ей разговор.

– Зачем тебе карта?

– Давай посмотрим, где мужик рыбачил.

– Как мы это определим? И зачем?

– Дело мутное.

С этим я согласилась.

– Кира, у него есть твой телефон, он выяснит, кто ты.

– И что из того?

– Ну… Лучше подготовиться заранее.

– К чему?!

– Карту давай!

Я включила компьютер, считая, что так нам будет легче вести поиск.

– Давай мыслить логически, – заговорила сестрица, усаживаясь рядом со мной перед экраном. – На рыбалку он поехал или с вечера, или рано утром.

– Ну, вообще-то наши мужики…

– Он ездил именно на рыбалку! Рыбу ловить, а не водку пить. Ты же рыбин видела! И он был один.

– Ты уверена, что он изначально был один?

– Вот мы и должны все выяснить!

– Что «все»? – посмотрела я на сестрицу. – И зачем нам это выяснять?

– Ты подбираешь на пустынном шоссе странного мужика с пулевым ранением, который, только придя в себя, сбегает из больницы.

Я заметила, что он не сбегал, а вызвал друга.

– Спасибо, конечно, что не оставил тебе свои медицинские счета, – невозмутимо продолжала сестрица. – Но насколько я знаю, из клиники Рубена Саркисовича без оплаты или ее гарантии не сбежишь. И вообще не сбежишь. Однако факт остается фактом. Он исчез, не оставив своих координат, но получив номер твоего мобильного телефона. Номер зарегистрирован на тебя. А теперь есть всякие базы данных, да и вообще ты в городе человек известный. Ему могли сестрички про тебя рассказать. Кира, тебе нужна лишняя головная боль? В дополнение к предстоящей борьбе за наследство?

– Я не собираюсь бороться за наследство!

– А я собираюсь! И ты мне будешь помогать, потому что я в этой жизни больше никому не доверяю. Так что настраивайся. А сейчас мы должны обезопасить тебя. И в этом тебе буду помогать я, потому что больше некому! И вообще нечего лишних людей посвящать в наши дела.