Картинка задвигалась, заработала машина времени. Но почему так плохо видно, словно дождь струится по стеклу? Не дождь? Слёзы....Надо же - она ещё способна плакать!

   Струился дождь по стеклу, а за ним, за дождём, за слезами, в неимоверной дали времён шли по проспекту Революции двое, и их руки переплетались в кармане старомодного Лёшкиного пальто. "Ой, Леша, я есть ужас как хочу!" Пустой "Столичный", елочные гирлянды. "Господи, да когда же он вытащит этот свой рубль!" Кофе, пирожное, бумажные снежинки на окнах. "Какая же ты красивая!" Снег в сквере, снег на эполетах Лермонтова, снег на его каменном носу. "Лёша, а ты знаешь, с тобой очень легко молчать, спокойно и уютно". Холодное шампанское и пробка, летящая в пустой фонтан. "За лучший год!" Шатающийся мир, сворачивающийся в точку, касание губ и ослепительная молния. "Боже, как в первый раз!" "Машенька, я приглашаю тебя встретить этот Новый год у меня дома. Вдвоём". Мохеровый шарф на Лёшкиной шее....Щекотно! "Ну, не то, что боюсь..." Смеющиеся снежинки, улыбающиеся гирлянды. "До революции...до революции!" И подвывает бродячий пёс. "Так ты пойдёшь?" "Конечно, пойду, дурачок!" Мир исчез - и только губы, горячие губы и рука на спине. "Ты загадал желание?" "Загадал, чтоб мы с тобой вот точно так же, здесь же провожали старый год, и пили шампанское через... двадцать лет - 31 декабря 1994 года. А потом пойдём встречать Новый, 1995-й год..." И губы снова находят губы, и улыбаются окна института, и танцуют снежинки, и тихо поёт Сунжа...

   Что же она пела?

   А вот 95-й они не встретили. Ты помнишь Мари, ты помнишь ту ссору? Не сбылось желание. Хотя....Как знать, ведь 95-й - это не просто очередной год. Для грозненцев, конечно... Каждый из них встречал этот год... Кто раньше, кто позже, кому-то предстоит встречать его всю жизнь. А тебе выпало сейчас....Это же было и твоё желание....Прости, Маша!