— Если пойдет дождь, занеси белье в дом, а не то знаешь что будет? Оно может промокнуть!

— Хватит нести чушь, — резко оборвал их мистер Картрайт. Однако он, как ни ломал голову, никак не мог придумать, о чем тут говорить, кроме как о вещах, доступных даже слабоумному.

И он стер «домоводство» с доски.

— Как видите, — сказал он, — остаются только дети и еда.

Он был убежден, что это и решит дело. В конце концов, большая часть класса пользовалась головой только для того, чтобы есть. Почти на каждом уроке он заставлял одного проглотить, другого выплюнуть, третьего завернуть и дожевать на перемене. Еда казалась ему беспроигрышным вариантом.

Но нет.

— У нас уже раньше было питание, сэр. Это вообще с едой не связано.

— Сплошная писанина.

— Одни рецепты.

Уэйн Дрисколл о чем-то напряженно задумался и с торжествующим видом выдал фразу, случайно засевшую в голове на первом году обучения в средней школе.

— Сбалансированный рацион, сэр!

— Чего бы съесть на завтрак двум дряхлым беззубым старикашкам?

— Это дико скучно.

— Там вообще не готовят.

— Только смотрят таблицы и все такое.

Мистер Картрайт был озадачен. Какой смысл тратить деньги налогоплательщиков на благоустройство огромных сверкающих школьных кухонь по всей стране, если учеников туда даже не пускают?

— Ну иногда вы все же готовили, — не сдавался он.

Саид Махмуд посмотрел на него испепеляющим взглядом.

— Однажды мне разрешили готовить, — сказал он. — А потом устроили дикий скандал из-за того, что я выкинул все в помойку, как только получил отметку.

— А ты чего хотел? — ответил мистер Картрайт. — Разве так можно?

— Ну а как бы я, по-вашему, это съел? Это была мясная запеканка, а я не ем мяса.

— Приготовил бы что-нибудь другое.

Старая забытая обида вспыхнула в Саиде с новой силой.