Можно было, конечно, отрезать голову и потом в спокойной обстановке аккуратно повыдергать зубы. Вариант совсем не плох, особенно если учесть, что золото всегда в цене. Но куда потом девать голову?

Я почувствовал, что если проведу наедине с покойником еще минуту, то сойду с ума.

Квартира Гаденыша была о семи комнатах и занимала весь первый этаж невзрачного домика в одном из тихих, как я уже говорил, замоскворецких

переулков.

Дом, повторяю, не охранялся. Почему? Возможно, Гаденыш перехитрил самого себя. Он всегда говорил, что охрана, как ее ни камуфлируй, все равно привлечет внимание воров. И не просто воров, а профессиональных грабителей, для которых, как известно, не существует никаких преград.

Я знал, что Гаденыш жил без жены и детей, которых "откомандировал" несколько лет назад на запад Италии, где у него была вилла, купленная на мои деньги, — ну, если и не вся, то, по крайней мере, та ее часть, которая зеркальными окнами смотрела на берег Тирренского моря.

Выходило, что кроме меня и покойника в квартире никого не было. И я приступил к осмотру.

Мною последовательно были освидетельствованы кабинет, столовая, гостиная, бильярдная, кухня, туалетная комната, три совершенно одинаковые спальни с простыми железными кроватями на манер тех, что стоят в казармах, и, наконец, чулан размером с ангар, в котором, помимо четырех велосипедов, помещался мотоцикл Харлей Дэвидсон.

Рядом с мотоциклом стояли два черных чемодана.

Отныне вид закрытых чемоданов, стоящих в боевой готовности, всегда будет волновать мое воображение и навевать приятные мысли о путешествиях и увлекательных приключениях.

Гаденыш еще с далеких советских времен не был чужим в мире криминала и в связке заказчик — исполнитель, насколько я понял, был заурядной шестеркой.