Файнберг послушно поменял посуду. Спорить с гостьей почему-то не хотелось. От нее исходила мощная волна уверенности и силы.

С треском, свидетельствующим о благородном происхождении напитка, пробка освободила горлышко.

— Вы уж меня извините, — хозяин квартиры наполнил стаканы почти до краев, — утром, впопыхах, я не расслышал ваше имя...

— Я не называла, — прервала его Хана. — А представиться, действительно, надо. -Она подняла свой стакан. — Виктория Борисовна Ханина. Друзья меня называ... ли Витя.

— Какое совпадение! И меня друзья называли Витей, — мужчина улыбнулся. — Виктор Робертович Файнберг. Хирург. В отставке.

— Знаю.

Лицо соседа удивленно вытянулось. Хана понимающе хмыкнула и добавила:

— Мне по инструкции положено. Я... тоже в отставке.

— Понимаю, — неуверенно отозвался он и на всякий случай кивнул.

— За это и выпьем!

Файнберг в два глотка осушил стакан и заводил по столу глазами в поисках, чем бы закусить. Виктория Борисовна внимательно следила за ним и, когда выбор пал на соленый огурчик, улыбнулась и выпила сама.

Хорошая водка, как и положено, проскочила легко. Со стуком поставив стакан на стол, Хана предложила:

— Думаю, пора перейти на «ты». Возражений нет?

— Нет, — машинально ответил Виктор Робертович, начиная привыкать к своеобразной манере общения новой знакомой. — Вы меня, конечно...

— Ты!

— Ты, Витя, конечно, извини мое любопытство, но все же хочется узнать, что я там... — Файнберг неопределенно кивнул, — ...сегодня видел? У меня зрение, извини, не очень. Но мне показалось, что ты... двух здоровых мужиков?..

Он терялся все больше, начав этот разговор.

— Один из них был, как бы это сказать... не целый. И второй, судя по кровопотере, тоже не жилец... Но, если надо, я мог и ошибиться. Сама понимаешь, возраст...

— Ну, наконец-то! А я уж думала, ты и не спросишь. Наливай!