– А что это такое? – спросил Женя.

– Ковш завалочной машины, видишь – у самой заслонки, мешает.

Рабочий, управлявший завалочной машиной, куда-то ушел. И Жене ничего не оставалось делать, как выполнить распоряжение. Он подошел к ковшу и плечом хотел подвинуть пятитонную махину. Разумеется, мульда не подалась.

– Поднажми! – крикнул ему насмешливо Жора.

Чугунный ковш еще не успел как следует остыть и больно обжег Жене щеку. Он отошел от мульды с пылающим от огня и гнева лицом.

– И чему вас только в школе учили! – с этими словами Жора полез в кабину завалочной машины, потянул рукоять, и ковш плавно откатился назад. – Видишь, как надо! А ты целоваться полез с ковшом, – иронически изрек он, подходя к Жене.

– А вы… просто негодяй! – крикнул Женя с дрожью в голосе.

– Ишь ты! А он огрызаться умеет. С характером, – сказал Жора стоявшим поодаль подручным. – А я-то думал, что он все еще школьник.

– В другом месте я бы вам показал… – Женя исподлобья смерил глазами Старостина.

– А здесь чем плохо – пол железный? Так не бойся за мои кости, они выдержат. Ну, что ж остановился? Покажи класс. Кинь разок через себя. – Жора подзадоривающе сверкал белками.

Женя заметил, как выжидательно смотрели на него ребята, и понял, что отступать нельзя, если не хочешь потерять в их глазах уважение. Выкинув руки вперед и слегка пригнувшись, он пошел на Старостина. Старостин тоже слегка пригнулся, выбросил руки и встретил Женю мягкими цепкими движениями кистей, словно заботливо ощупывал его. Наконец руки Старостина сплелись на Жениной спине в железный замок и стали давить на позвоночник со страшной силой. Женя рванулся и неожиданно почувствовал, как Старостин обмяк и упал на колени.

– Егор! – крикнул появившийся Венюков. – Ты что, с ума спятил?

– Ничего подобного, – лукаво ответил Жора, поднявшись. – Просто мы поразмяться решили.

– Ты брось валять дурака! – Венюков подозрительно посмотрел на Старостина.