– Леся, я взяла билеты. На следующей неделе мы едем в Крым, – сказала она.

Я захлопала в ладоши и бросилась ей на шею.

– Мама! Ура!

Мать лукаво улыбнулась.

– Это еще не все. Негоже ехать на юг в таком виде.

– В каком?

– В таком. С такой растрепанной головой и с такими зубами. Завтра мы едем снимать тебе скобы, а потом в парикмахерскую и по магазинам. Ты уже взрослая девушка, мозгов у тебя хватает, характер тоже имеется, пора поработать над твоей внешностью. И, естественно, накупить тебе новых нарядов.

От эйфории у меня закружилась голова.

– Мама!

– Что?

– Мама, как я тебя люблю! Ты лучшая на свете!

– Знаю.

В этой поездке все мои взгляды на жизнь окончательно переменились. А мама стала моим самым лучшим другом. Это путешествие вообще перевернуло все мои представления об от– ношениях родителей и детей. Впервые в жизни мать относилась ко мне не как к ребенку, а как к взрослому человеку, словно я была ее младшей подругой, а не дочерью.

Это было самое прекрасное, самое восхитительное лето в моей жизни. Лето, которое преподнесло мне еще немало чудесных открытий. Оказывается, южный загар идеально ложился на мою кожу. И противные веснушки под палящим солнцем не рассыпались по всему носу, как этого следовало ожидать, а наоборот, испуганно скрылись в неизвестном направлении, растаяли без следа. А рыжие волосы, выгорев прядями, стали золотиться на солнце почти белокурыми завитками. Стрижка, сделанная в дорогом салоне, отлично держала форму, и ненавистные кудряшки на концах стали вдруг очень симпатичными и придавали мне легкомысленно-задорный вид. Ровные белоснежные зубки, сверкающие в открытой улыбке, заставили меня вспомнить мамины мудрые слова, и я осознала, что стоило промучиться несколько лет, чтобы оказаться обладательницей такой улыбки. Улыбки, от которой у всех поголовно мужчин, и молодых и старых, делался сконфуженно-смущенный вид.