Рэмка колупал смолу на бронированном кабеле, сосал пальцы, стёртые в кровь, и не видел, что его друг Валерка кружит около барабана.

- Рэмка!

Молчание.

- Рэмка, ты что, язык прикусил?

Молчание.

- Рэмка, я знаю, что делать.

- Ну и знай. Я с тобой разговаривать не хочу.

Но слово было сказано.

Валерка тотчас взобрался на барабан, обхватил Рэмку за плечи, пошлёпал по спине доброй ладошкой и зашептал на ухо:

- Гипноз нужно...

- Ха-ха! Может быть, ты Кио из цирка позовёшь?

- Не прикидывайся. Ты врождённый гипнотизёр. Глаза у тебя чёрные, уши оттопырены, губы тонкие, подбородок как кирпичина. Все приметы сходятся.

- А у тебя нос кривой и брови разного цвета.

Валерка ещё раз шлёпнул товарища по спине.

- Плевать на брови! Плевать на стихи. Стихи - ерунда!

Валерка соскочил с барабана, выставил перед собой руку и поднял большой палец.

- Смотри сюда... Концентрируй волю...

"Не можешь без меня, - удовлетворённо подумал Рэмка. - Всё кричишь "я" да "я", стихоплёт липовый! Вот если бы Катька знала, кто из нас гипнотизёр". А вслух Рэмка сказал:

- Последний раз тебе помогаю. Если ничего не получится, больше ко мне не приставай. У меня своих дел много.

* * *

Катя сидела у открытого окна, читала "Три мушкетёра". "Если бы здесь был хоть один настоящий мушкетёр, он, может быть, открыл бы сейчас дверь, взмахнул своей шляпой и сказал вежливо: "Моя шпага к вашим услугам. Я жду приказа..." Катя глянула в окно. Дворничиха, тётя Настя, раскатывала чёрный шланг для поливки. Валерка и Рэмка лезли на крышу сарая, как раз напротив её окна. "Чего это они на крышу лезут? - подумала Катя. Бездушные у нас мальчишки и некрасивые".

Валерка распоряжался на крыше:

- Сюда давай, здесь ближе. - Он придвинул Рэмку к самому краю и уселся чуть позади него. - Начинай. Концентрируй волю. Посылай её короткими импульсами... Я тоже попробую.