улыбки мне не жалко.

- Меня зовут Росита,

красива и умыта.

- А я - малышка Первоцвет,

звана сегодня на обед,

пропели три очаровательные девушки и пританцовывая подошли к ним. Они так легко прыгали, так нежно пахли и так мило улыбались.

- А это наши подружки - туалетные мыльца. Они нам родня, только они живут в ванной, а мы на кухне. Они пришли, чтобы поприветствовать тебя.

- Мы пришли, чтобы показать тебе наш танец! - сказали Фиалка, Росита и Первоцвет.

И закружились все вокруг,

все засмеялись, встали вдруг.

Как грациозно - раз-два-три

танцуют в парах пузыри.

А Йенс был просто поражен,

такой красы не видел он.

Они пели и плясали, и вдруг до Йенса донесся необычный резкий звук.

Йенс прислушался, это была барабанная дробь, она становилась все ближе и ближе.

Девушки взмахнули своими юбочками и улетели; пузырики быстро собрали своих детей и на всякий случай отодвинулись в сторону. Новые гости явно не отличались вежливостью.

- Кто это? - поинтересовался Йенс.

- Кислотики, - ответил пожилой пузырик. - Они сильные и бессовестные. Они скоблят и трут, впитывают и всасывают все, что ни увидят.

- А, это то, чем мы забор моем, - догадался Йенс.

Прямо перед ним стоял навытяжку подтянутый лейтенант. Вид у него был злой, он глядел прямо перед собой не моргая, ни тени улыбки не было на его лице.

Мы в бутылках живем,

и чистим, и трем.

- Трам-па-па-пам, трам-па-па-пам, - ударили барабаны.

- Вы пенитесь в ванной, мы чистим стаканы!.. - закричал лейтенант.

- И бьем в бараба-в бараба-в барабаны! - подхватили солдаты.

- Посторонись! - приказал лейтенант.

- Это зачем? - удивился Йенс.

- А то мы тебе ноги посмываем! - воскликнул лейтенант. - Или ботинки!

- Вы что, все что угодно можете смыть? - спросил Йенс.