Протянув руки в привычной темноте, я потрогала лицо, бинты, скрывающие глаза. Зрение скоро должно вернуться. Что же, тогда я уничтожу эти глаза — на этот раз без осечки. Полностью и навсегда.

Сейчас я не видела их, но, если зрение вернется, они снова предстанут передо мной. Если мне снова придется взирать на этот безумный мир… лучше я не буду видеть ничего. Такие глаза мне не нужны. Даже если я больше никогда не увижу дневного света — я готова. Это гораздо лучше чем то, что возникло перед моими глазами, когда я вышла из комы.

Но до этого самого момента я не могла решиться.

Прошлая Шики выколола бы себе глаза без малейшего колебания, но нынешняя «я» остановилась, погрузив себя во временную темноту.

Это так… так недостойно и унизительно.

Лишившись воли к жизни, я не могла найти сил даже для того, чтобы убить себя. Холодная и бесчувственная пустая ракушка, оставшаяся от меня, не желала ничего. Никаких действий, никаких движений, никаких мыслей. Вялая покорность чужой воле и чужим рукам.

Зачем сопротивляться, если какой-то призрак попытается погубить меня? Я не пошевельну даже пальцем.

Мысли о смерти не несли в себе притягательности, но я не могла найти в себе и малейших следов привязанности к жизни.

Если я могу ощущать, чувствовать — будь то счастье или горе, только как исчезнувшая Рёги Шики… то у нынешней «меня» не осталось ни малейшей причины, чтобы жить.

Граница пустоты: часть 04 04

Аозаки Тоуко впервые услышала о девушке по имени Рёги Шики в блаженном мареве послеполуденной сиесты, в один из мирных дней только-только наступившего июня.

Она лениво выслушивала рассказ своего недавно и, в общем-то, нанятого исключительно благодаря капризу помощника — просто, чтобы убить время. Юноша оказался другом Рёги Шики.