Может быть, моя просьба к психотерапевту принести ножницы была неосознанной попыткой это отпраздновать.

— Любопытно, для чего тебе понадобились ножницы? — поинтересовалась она. — Собираешься заняться икебаной?

— Вот еще. Подрезать волосы.

Да, дело было именно в этом. Теперь, когда я уже могла привстать, отросшие до середины спины волосы начали мешать. Щекочущие шею и путающиеся пряди ужасно раздражали.

— Вызови парикмахера. Если сама не хочешь, я могу устроить.

— Нет уж, спасибо. Чтобы кто-то хватал меня за волосы? Не надо мне такого счастья.

— Хм, это верно. Женщины серьезно относятся к своим волосам. Хотя, с другой стороны, разве не прекрасно, что твои волосы отросли за два года, а ты ни капельки не состарилась?

Я услышала, как она встала.

— Что бы тебе такое предложить взамен? Вот, подарю камень, украшенный руной. Такой, знаешь ли, амулет. Положу здесь, на косяк над дверью, так что не роняй его никому на голову.

Судя по звуку, странная докторша не поленилась подтащить к дверям стул, и действительно пристроить что-то — в самом деле, амулет? — на карнизе над створками.

Потом скрипнула сама створка.

— Это от меня. Мало ли кто тут может шляться. Ладно, пока, не кашляй.

Выдав напоследок загадочную фразу, докторша удалилась.

Той ночью ставший уже привычным гость не появился. Дымный призрак, возникавший точно в полночь, по какой-то причине так и не пробрался в палату.

Призрачное облако, что окутывало меня каждую ночь.

Я знала, что это опасно, но мне было все равно. Пусть призрак окажется хищным и попытается убить меня — какая разница?

Нет, больше того — может быть, будет гораздо легче и удобнее, если я умру? У меня не осталось причин влачить существование и дальше, ведь я не чувствовала себя живой. Исчезнуть, раствориться без следа — прекрасный выход.