Витька выпятил грудь и скомандовал, прямо как военрук:

— Не растягиваться! Под-тянись!

Он решил сразу установить у малышей военную дисциплину.

Но бестолковые карапузы то ли испугались его бравого вида, то ли вообще не признавали военной дисциплины, только они остановились, сбились в кучу и начали озираться по сторонам.

Потом один крикнул, вытянув шею, как гусь:

— Галдыбанна?!

И остальные, тоже как гусиное стадо, жалобно подхватили:

— Гадлыбанна!

— Калдыванна!

— Калдиванна!

Но Витька недаром был человек находчивый:

— Эй, вы! Глядите все сюда! Сюда глядите! Эт как называется? Эт называется — цирк! — кинул портфель на землю и несколько раз перекувыркнулся через голову. — А теперь вот! — И Витька, встав на руки, хотел показать, как он ловко пройдется, но не удержал равновесие и больно хлопнулся о землю. — Во! Ну как?

Ребятишки окружили его и доверчиво улыбались.

Рыжий тоже стал на четвереньки, уперся головой в землю и начал поднимать то одну, то другую ногу.

— Дальше пошли, — сказал Витька, отряхиваясь. — Дальше будет другой фокус. Еще интереснее!

Малыши послушно потянулись вслед за ним к скверу. Какая-то девчонка вспомнила:

— А Клавдиванна?

— Эй, смотрите! Да смотрите скорее! — не давая малышам опомниться, во всю мочь загорланил Витька. — Вой он! Вон он сидит!

Под забором сидел тощий глазастый котенок. Витька коршуном налетел на него, сгреб за шиворот и поднял над головой.

— Видали? Эт кто? Эт называется кто? Эт котенок? Как он кричит?

— Гав-гав… — нерешительно сказал жизнерадостный синеглазый толстяк с ведерком, который улыбался так, что было видно все четыре его зуба.