— Ну что Мамонт, буду с тобой на чистоту, — капитан Самсонов отложив «Труд», внимательно изучал лицо вора, — надеюсь и ты со мной в ёлки-палки играть не будешь.

— Где уж мне, гражданин начальник, с вами играть. Вы небось по-крупному ставите, а у меня только чай вчерашний есть. Хотите, я вам его и так подарю?

— Зря вы Аркадий Петрович так прибедняетесь, здесь по этапу шумок один прокатился… — Самсонов замолчал, — может вы всё-таки сами?

— Может и сами… А что за шумок-то?

Капитан хрустнул суставами пальцев.

— Да так… Поговаривают богатства у тебя есть несметные, — Самоса не отрываясь смотрел в глаза вора. Тот спокойно выдержал взгляд.

— Правду люди говорят, есть у меня богатства!

— А ещё говорят, что не расстаешься ты с ним и возишь везде с собой…

— И опять всё правильно… — Мамонт почувствовал, как у него на виске, предательски забилась жилка. Его мозг напряжённо работал. Он сразу понял, что информация была у Самосы уже давно, но воспользовался он ей только здесь, за Уралом. Причина тому могла быть только одна — до царя далеко, до Бога высоко, то есть здесь в Сибири ему сам чёрт не страшен. Здесь он мог без оглядки на начальство, сам полностью контролировать ситуацию.

— Ну вот видишь, какой у нас с тобой хороший разговор получается, — капитан откинулся на спинку кресла, вытащил из ящика стола пачку сигарет и предложил одну вору. Тот молча отказался. Прикурив, он нагнулся к самому лицу Мамонта, облизал языком нижнюю губу и тихо сказал, — покажешь?

— От чего ж не показать… — в кабинете повисла напряжённая пауза, — на, смотри…

С этими словами вор рванул на себе рубашку. Как выстрелы посыпались пуговицы. На груди была выколота кобра с открытой пастью обвивающаяся вокруг финки, под ключицами тяжёлые синие звёзды:

— Вот оно моё богатство, — не меняя интонации, но слегка повысив голос, произнёс Мамонт, — забирай, если сможешь…