- То есть как настигнет?

- Очень просто. Про кондуит он уже тебе говорил?

- Говорил.

- Ну вот: "за неоднократное нарушение установленных правил..." и так далее. Дело известное. Рано или поздно сдашься, заплатишь.

- А если нет денег?

- А ему какое до этого дело?

- Возьму и не буду нарушать правил. Ни одного! Что ж он тогда сделает?

- Все равно настигнет. Видал, как я на большой перемене съехал по перилам в самую раздевалку? Эх, и ловко получилось! Видал? Ну, вот и Стрелецкий видал. И только пальцем погрозил. А захотел бы, мог бы "за неоднократное..."

- А если не буду я ездить на перилах?

- На чем-нибудь другом настигнет. Это уж будьте уверены. Старшеклассников - тех за папироской ловит. И как только подкрадется чисто мышь, ну прямо удивительно!

- Нет у меня денег. И взять негде.

- Негде?

Дерябин оглянулся по сторонам и заговорил, таинственно понизив голос, хотя хмурым прохожим, должно быть, мало было дела до двух коренастых, но еще совсем маленьких реалистов:

- Слушай-ка, я как раз хотел потолковать с тобой о деле. Помнишь о тотализаторе? Ну, так вот завтра мы открываем его у себя в первом классе. Я уж запас пятак для этого.

- У меня нету пятака.

- Выиграю - тебе одолжу!

- А если не выиграешь?

- Выиграю.

Ну, вот какой получился разговор. Стоило для этого провожать Дерябина по дождю! Так хотелось поговорить про Дон, про казаков...

Гриша вдруг рассердился:

- А может он брать вместо шести копеек рубль? Или хоть сорок копеек?

- "Голубчик"-то? Может.

- Позволено ему это?

- Стало быть, позволено. Подслушал я один раз в рисовальном зале разговор. Я это тебе под секретом говорю. Не хотел подслушивать, а так случилось. Ты ж знаешь, в рисовальный зал пускают только со второго класса. И старше. А нашему брату туда ходу нет. Ну, я, конечно, сразу и задумал туда попасть.