За окном-стеной урбанистически шумит самый молодой и современный город автомобилестроителей. Мчатся во все концы и по всем дорогам – плохим и хорошим – стремительные «Жигули», возвращаются в гостиницы туристические «Икарусы» и автобусы-иномарки с заграничными гостями, сияют неоновые рекламы, цепочки фонарей дневного света образуют ожерельеподобные нитки, мокрый асфальт – недавно прошел короткий теплый дождь – романтически посверкивает, нарядная молодая толпа в разноцветных одеждах неторопливо плывет по «Бродвею», как молодежь называет центральный проспект почти в любом городе. Улицы – широкие, дома-скалы, архитектура разнообразно-неутомительная, «попахивает» порой папашей Корбюзье… Повторяем: ультра двадцатый век!

Бригадира Андрея Андреевича Зубкова – Папули – среди нас пока нет, он, бедолага, сидит на обзорной лекции по теоретической механике, но и без него – самого опытного и авторитетного – ярых полемистов в комнате предостаточно. Миша Сметанин, который год назад кончил техникум и теперь готовится к поступлению в институт, – человек начитанный и умный, в разговоре солидно нетороплив.

– С монотонией мы боремся легко, – объясняет он, – как картошку окучиваем… В сотне толстых книг утверждается, что однообразие труда человека отупляет, что он превращается в робота… Правильно! По существу абсолютно верно, но мы нашли рецепт против пресловутой монотонии… Мы боремся с ней постоянной сменой производственных операций… Вы уже, наверное, заметили, что каждый из нас умеет выполнять все работы в бригаде. Сегодня я, например, кручу гайку, завтра – ставлю ограничители, через неделю вожусь с глушителем… Именно поэтому проблемы монотонии, губительной однообразности труда у нас почти не существует. Да вы ведь еще не знаете, почему Папулю называют «Четырежды коронованным»… Слава, поразговаривай – ты любишь иногда…