
Проверив все детали еще раз и апгрейдив компьютер, за которым ему предстояло писать, я запустил героя в его владения и стал ждать, когда он начнет творить, выражать на бумаге мысли, которые помогут мне, которые, возможно, спасут мир.
Но Гаргантюа повел себя странно. Он не интересовался своими финансовыми делами, не любил свою женщину, не упражнялся в гимнастическом зале, питался в Макдональдсе (до сих пор не понимаю, как он появился в вымышленной мною стране). Умеренный климат вызывал у него риниты аллергического характера. Гаргантюа лежал на диване и смотрел сериал, тот самый, в котором все охренели от жары. В перерывах между сериями Гаргантюа пил. Он пил все, что горит. И если до лавки с виски было дальше, чем до лавки автокосметики, он покупал автохимию.
Я уже хотел сжечь героя вместе с дневником, когда понял, что Гаргантюа испытывает страдания. Естественно, я не мог понять их причину, да и не пытался понять. Как мне казалось, мы были с ним слишком разные и в разных условиях находились. Я просто перестал следить за ним и предоставил самому себе…
Выждав некоторое время, я решил проверить, как идут дела у Гаргантюа, и был удивлен тем, что живет он неплохо, держит отличную форму и, главное, полон позитивных эмоций. Оказалось, он пишет! Ни за что не догадаетесь, о чем.
«Этим летом один день был похож на другой…» — писал он. И далее по тексту…
