- Вы хотите, чтобы я нарисовал вас в этих темных очках?

- Нет, конечно! Я просто забыла…

- Ну, разве можно прятать такие глаза? - улыбнулся Володя. - Они у вас цвета вечерних незабудок.

- Почему вечерних?

- Потому что, когда солнце прячется, все цветы грустнеют. Как вас зовут?

- Лидия.

- Меня - Володя.

- Я знаю. Вы не похожи на остальных…

- Что ж в этом хорошего? Непохожим живется трудней. У вас есть тайна?

- Что?

- Тайна.

- У каждого есть какая-нибудь тайна…

- Нет, вы меня не поняли. Есть у вас нечто такое, что вы скрываете ото всех? От вашего мужа, например?

- А почему вы решили, что я замужем? Из-за кольца?

- Кольца? Честно говоря, я не заметил вашего кольца. Просто у вас лицо несвободной женщины.

- Почему - несвободной?

- Мне так показалось.

- Володя, вы хотите выяснить мое семейное положение или нарисовать меня? Да, я замужем. Этого вам достаточно?

- Достаточно. Но должен вас предупредить: портрет может выдать вашему мужу что-нибудь такое, что ему знать совсем даже не следует.

- У меня нет тайн от мужа.

- Не сейчас - так потом, когда тайны появятся.

- По-моему, вы преувеличиваете ваши способности.

- Я честно вас предупреждаю. Может быть, не будем рисковать?

- Нет у меня никаких тайн. И не будет. Рисуйте! - щеки Лидии Николаевны вспыхнули, а тщательно выщипанные брови гневно надломились.

- Замечательно! Ах, какие у вас теперь глаза!

- Какие?

- Цвета предгрозовой сирени.

- Все вы это выдумываете!