Здоров ты бортник, дядя Гаврила. Но медведь-то куда огромней. Ревёт!
А ну, как не соскользнёт его лапа с бараньей шкуры? А ну, как?.. Страшен дикий лес, глух… А на высокой сосне, в бортях, пчёлы радуются солнцу, таскают и таскают нектар.
Медведь и колотуха
Пчёл у бортника много: там семья, там семья, там семья. Будет прибыток! Только беда: словно нарочно разбежались борти в четыре разных угла огромного леса. Как же уберечь их от медведя?
Растёт сосна, а на ней две борти. Мишка тут как тут. Однако близок локоток, да не укусишь!
Висят на суках тяжёлые колотухи. Сделать их
нетрудно: обрубок бревна, кусок верёвки. Вот придумать колотуху было мудрено. Как же она оберегает пчёл?
Лезет медведь по сосне. На пути висит колотуха. Тут как ни хитрись, непременно её заденешь. А задел, колотушка — стук медведю по горбушке. Медведь рассердится, оттолкнёт колотуху — она ударит ещё сильней. Тут медведь совсем уж озлится, зарычит, что есть сил толкнёт распроклятую деревяшку. В ответ такой удар, что несдобровать и хозяину леса.
Избитый, ухнется медведь вниз. Прямо на острые колья, воткнутые вокруг сосны… Жестокие времена!
Колода, посёка
Так бортничали люди. Испокон веку, из рода в род. Не одну долгую сотню лет. Дело трудное, и мёду не сказать, что много.
Наконец додумались: стали чурбаки с дуплами, по-тогдашнему колоды, из деревьев выпиливать и осторожно 'сносить на специально вырубленную в лесу поляну, потому что думали: пчёлы без лесу жить не будут.