Когда главарь шайки обратился к нему с неуместной просьбой, Фань Чжун, чтобы проучить наглеца, незаметно кинул орешек в рот вместе с куском мяса и изо всей силы подул: от этого-то и вырывался дым из его губ. Фань Чжун придумал эту штуку заранее, потому что боялся, что его спросят о его колдовских способностях. Ему было очень неловко разочаровывать этих доверчивых людей.

Разбойник Сюй Мин меж тем совсем перепугался и подумал: «Раньше наш лагерь был маленький, пропитания требовалось немного, власти попустительствовали нам. А теперь, прослышав про Фань Чжуна, храбрецы толпами устремятся сюда, и не пройдет и двух месяцев, как за храбрецами нагрянут правительственные войска. А ведь известно, что те, кто полагаются на одно колдовство, кончают обыкновенно плохо. Этот человек выдувает дым изо рта, но еще неясно, испугаются ли этого дыма правительственные войска!»

И разбойник сказал:

— Уважаемый Фань Чжун! Я был бы счастлив признать себя вашим братом, но у меня есть к вам одна просьба.

— Что ж, — откликнулся Фань Чжун, — если это в моих силах, я буду рад ее исполнить, и если это выше моих сил, я тоже буду рад ее исполнить.

— Наш стан, — сказал разбойник, — как вы заметили, расположен на берегу озера, и над ним, как вы видите, нависает гора. На вершину этой горы ведет всего одна тропка, такая узкая, что даже один человек с легкостью мог бы защищать ее от тысяч людей. Там, на этой вершине, есть разрушенные укрепления и глубокий колодец. Словом, нам было бы гораздо спокойнее и безопаснее жить на этой горе, господствующей над местностью, нежели за бревнами и завалами. И мы много раз пытались там поселиться, но для этого надо прочистить тамошний колодец. Пятерых человек спускали мы в этот колодец, но, едва мы спускали человека туда, как раздавался отчаянный крик, и человек начинал дергать веревку. Мы вытаскивали веревку, но увы, человека уже на веревке не было, и конец ее был в кровавых лохмотьях.