Господин Шаумель встал и задвинул стул. С шумом и шарканьем ребята поднялись и встали позади своих стульев. Йоген судорожно запил чаем последний недожеванный кусок.
- Кто дежурный по столу? - спросил воспитатель, и, когда откликнулся парень с шарообразной, наголо остриженной головой, господин Шаумель сказал: - Терьер! Я так сразу и подумал! Сегодня за завтраком столы были безобразно липкие! Я бы попросил больше тщания! Человек проявляется в мелочах. Сейчас свободное время. Из дома не выходить. Пудель, пойдешь с новеньким, объяснишь ему все, что полагается, затем приведешь ко мне. Такса - молитву.
Интересно, сложит Такса лапки на груди или нет? Нет, набожно склонил голову и промямлил нечто вроде «хвала за трапезу». Затем все что-то пробубнили под нос: не то «спасибо, отче», не то «спокойной ночи».
- Шевелись давай! - сказал Пудель. - Надо тут все по-быстрому закончить. У меня еще сегодня дела.
Инструкций оказалось немного. Обувь чистить в подвале. У каждого свое отделение. Рядом душевая комната, умывальная, туалет.
- Если малость проштрафишься, будешь тут чистить-блистить, пока пупок не развяжется!
Опять поднялись наверх. В общей комнате стриженный под ноль Терьер драил столы песком, двое других с шахматами стояли рядом, поджидая, когда можно будет сесть. Дверь слева вела в холл с двумя нишами. В одной пышно цвели кактусы, в другой стоял аквариум, и пестрые рыбки в зеленоватой воде тыкались мордочками о его стеклянные бока. Две двери справа выходили в спальни.