— Костя, ну зачем вы так? — упрекнула Лидия Николаевна. — Он же маленький!

— Подождите, вырастет! Лет через десять эти хохлоазеры всем покажут!

— Кто покажет?

— Хохлоазеры.

— Какие еще хохлоазеры? Откуда они возьмутся?

— Уже взялись. На рынках кто торгует? Хохлушки. А хозяева у них кто? Азербайджанцы. Сами понимаете, чем они там по вечерам в своих контейнерах занимаются. Бабы жалостливые: рожают. А дети потом, как крысята, бегают. Москва для них — большая помойка. Мы — враги. Одного гаденыша поймали — гвоздь в тряпку спрятал и вроде как пыль с машин стирал. Одно слово — хохлоазеры!

— Замолчите! — Лидия Николаевна посмотрела в окно и увидела все того же оборвыша, с показной старательностью драившего стекла «БМВ». — Пойдите и дайте ему денег!

— Не пойду.

— Почему?

— Он меня не подпустит.

— Леша, выйди и дай ему сто рублей.

Водитель хмыкнул, вылез из машины, подкрался к мальчику и ловко схватил за шиворот. Ребенок сжался, словно ожидая удара. Получив вместо тумака деньги, он посмотрел на странный «мерседес» с угрюмым любопытством и спрятал купюру в карман. В это время пробка пришла в движение, стоявшие сзади машины нервно засигналили, и Леша бегом вернулся к рулю.

— Зря вы это, Лидия Николаевна, — проворчал он, трогаясь. — Все равно пахану отдаст.

Вырулили на извилистое ухоженное Рублевское шоссе, стиснутое соснами и особняками. Здесь даже асфальт был ровнее, чем в Москве. Казалось, к искусственной кондиционерной прохладе, заполнявшей автомобиль, прибавился запах живой хвои. Зазвонил мобильный телефон. Это был муж.

— Ты где? — спросил Эдуард Викторович.

— Уже на Рублевке. Скоро приедем.

— Я жду тебя.

Лидия Николаевна за три года брака успела хорошо изучить своего повелителя и знала: слова «Я жду тебя» вместо «Я тебя жду» означают, что он чем-то недоволен.

Она даже и не мечтала стать женой миллионера. К зависти Нинки, Лида собиралась замуж за их однокурсника, необыкновенно талантливого актера Севу Ласкина, которому преподаватели прочили славу второго Смоктуновского. Чем-то Сева был похож на этого художника… Володю Лихарева. И волосы тоже стягивал косичкой. В дипломном спектакле он сыграл Несчастливцева — и все просто рыдали от восторга.