Марьяна с досадой выключила телевизор.

Анастасия Геннадиевна Колбасова сидела на складном стульчике возле яйца и слушала, как под скорлупой мерно бьется сердце динозавра.

Тук-тук-тук.

За стенами биостанции, некогда построенной на развалинах древней крепости, было тихо. Пока тихо. Но метеоролог Колбасова не сомневалась, что буря, которая приближалась с северо-востока, будет страшной. Во всяком случае, давление падало с ужасающей быстротой. Директор уже распорядилась закрыть все окна ставнями и приготовиться к натиску стихии. На душе у Анастасии Геннадиевны, доктора наук и известного ученого, было неспокойно. Во-первых, ее волновала судьба яйца. Удастся ли вывести из него живое существо? А если удастся, чем его кормить? Как за ним ухаживать?

Метеоролог Колбасова, директор биостанции, чувствовала, что именно на ней лежит основная ответственность, и при этом у нее не было ни знаний, ни умения, ни опыта по выведению подобных существ. Утешало лишь то, что таких знаний не было ни у кого в мире.

Помимо этого, Анастасию Геннадиевну беспокоили и другие вопросы. В частности, ей было известно, что ФСБ по личной просьбе президента направила на их станцию двух своих сотрудников, которые должны были обеспечить безопасность яйца. С некоторых пор попасть на биостанцию можно было только пешком, так как камнепад, заваливший дорогу, надежно отрезал горстку исследователей от внешнего мира.

– Был ли камнепад случайностью? – пробормотала про себя Анастасия Геннадиевна. – Или кто-то намеренно оставил нас в изоляции? Что случится, когда настанет ночь и на нас обрушится буря?

Ей стало страшно. Всю свою жизнь Колбасова провела в экспедициях. Впервые она уехала на Дальний Восток, будучи юной студенткой. Ее манила романтика, суровое научное братство, песни у костра и яркие звезды над головой.