Ваське очень хотелось Гуляю морду начистить.
Когда он вошел в дом, первое, что увидел, — Мессершмидта.
— Вернулись, что ли? — спросил Васька. — А где Степан?
— Вернулись вдвоем, с лейтенантом. Всех там оставили. Он боится идти к себе во взвод. Убьют его.
— Я Степана хотел вытащить, — прошептал Мессершмидт. — Он еще стонал. Он звал: «Володька, Володька…» Я пополз — лейтенант меня за ногу. Говорит: «Убьют, а меня тогда кто выведет? Ты меня выведи». Лейтенанта я привел. Дурак он, ему надо было там остаться. Потом-то он понял, когда мы к деревне подошли. «Володька, говорит, пойдем обратно. Чего мы тут?..»
— Мы же там набедокурили… — Васька заорал: — Почему вы этого идиота послушались?
— Сами не знаем. Как-то он нас уговорил. Мы его полюбили. Степан его под крыло взял… Они нас из пулеметов. Потом просто гранатами забросали. Как бобиков. Мы с лейтенантом последними шли. Я его сразу назад…
Пришел лейтенант Крикунов. Послушал музыку. Уходя, позвал Ваську на крыльцо.
— Он тебя застрелить хочет. За сопляка. Ему теперь терять нечего. Судить его будут. Остерегайся.
Васька посмотрел на свой простреленный палец. Сказал зачем-то:
— Я уже в палец раненный…
— Уже все знают, — сказал лейтенант. — Гуляй ранами хвастает. Грозит помпотеха удавить. По-моему, он сволочь…
Никто не спал. И не говорил никто. Петры играли в бирюльки.
Судьба подтолкнула Ваську во двор. Продышаться ему захотелось. Ломота в висках.
Луна светила алюминиевым светом. Неподалеку от крыльца, едва сойдя с асфальтированной дорожки, кто-то сидел в широколистных цветах, сняв штаны. Васька заорал:
— Ты что, места другого не нашел?
Парень был в парашютном шлеме и, что поразило Ваську, с пистолетом в руке. Парень вяло чертил стволом пистолета на асфальте. На Васькин крик он сонно повернул голову и так же сонно навел на него пистолет. Васька отступил в проем двери — это был лейтенант Еремин. Щеки и глаза у него ввалились, запали виски. Васька поразился его глазам, их белизне, словно у них не было ни зрачков, ни радужной оболочки. Лицо лейтенанта, покрытое потом, вдруг оскалилось.