Вся страна так жила — и шоферы, и комбайнеры со сталеварами, и начальство вплоть до членов Политбюро. Неспешная, постепенная смена поколений…

В восемьдесят втором Шулину выделили квартиру в двухквартирном доме. В восемьдесят третьем он женился на местной девушке Марии, еще через год родилась дочь, через два — сын.

Зарплата была неплохая, да и тратить ее было особенно не на что. Продукты в основном свои, хрустали вроде как не нужны, двух ковров хватило, чтоб украсить стены, очередь на машину длиннющая… Копили, и летом (не каждое лето, понятно, но часто) летали на родину Алексея, на море — в Анапу. В Ленинграде побывали однажды, и за три дня обошли основные музеи, после — в Таллине у училищного друга Шулина.

Да, обыкновенная жизнь обыкновенных, как тогда говорили, советских людей. Без роскоши, но и без ощущения припертости к стене. Нормально жили, неплохо…

В восемьдесят шестом Шулин стал начальником склада ГСМ, в восемьдесят восьмом — старшим техником.

Жена Маша после декретов тоже устроилась в аэропорт — кассиршей. Одной из семи. Работали тогда в две смены. Рейсов было много, на все направления летали Ан-24, Як-40, Л-410, Ан-28. Ан-2 забирался в любой глухой угол…

Сейчас, спустя двадцать с лишним лет, то время вспоминалось Алексею Сергеевичу светлым, счастливым. Но было там много того, что мешало, раздражало, давило. И потому перестройку встретили не то чтобы с восторгом, но уж точно с надеждой, что благодаря ей станет лучше. Закончатся перебои с топливом, заменят старое оборудование, здание аэропорта расширят, а то и новое отгрохают; перестанут с далекого верху слать дурацкие приказы и распоряжения, невыполнимые из-за местных природных условий… Да, много при так называемом застое было глупости, вечно всего не хватало, требовали выполнять план перевозок, не слушая, что, к примеру, летом люди летают активно, а зимой мало, и поэтому летом можно пускать дополнительные рейсы, зимой же слегка сократить… Предшественникам Шулина — начальнику склада горюче-смазочных материалов, старшему технику, директору аэропорта — приходилось чуть ли не каждый месяц мотаться в Печору, просить, требовать, изыскивать то одно, то другое… Даже специальные люди тогда были, умеющие доставать, — снабженцы…