— Нам не обязательно сразу же соглашаться на эту работу, — прошептала в ответ Анника, — мы не будем ничего обещать, только посмотрим.

— Чтобы вам не бегать по разным комнатам, я выставила почти все цветы на кухне, — сказала фру Йорансон. — Но, может, лучше все же начать с гостиной?

Она повела их через буфетную.

— Похоже, она нервничает, — прошипел Юнас и завозился с магнитофоном.

— Сейчас же прекрати! — возмутилась Анника.

— Господи, сколько этих цветов! — сказала фру Йорансон.

— Ну что, похоже на твой сон? — прошептала Анника Давиду.

Давид кивнул, а фру Йорансон продолжила:

— Да, цветы — большая проблема в этом доме.

— А дом, наверное, старый, да? — спросил Юнас.

— Да, не вчера построен! Думаю, век семнадцатый — восемнадцатый. И цветы как будто такие же старые. Вероятно, они переходили по наследству из поколения в поколение. По слухам, один из них — совсем древний, но я точно не знаю, какой. Короче говоря, цветы не мои, они часть дома, и уносить их никуда нельзя. Это очень, очень странные цветы!

И фру Йорансон засмеялась коротким, презрительным смешком. Было ясно, что она не любит эти растения.

Она принесла цветы и со второго этажа тоже, расставив их в кухне и гостиной.

— Чтобы не бегать по всему дому, — объяснила она. — Да и вообще вам незачем подниматься на второй этаж!

Она явно не хотела, чтобы дети ходили по дому, — может, боялась, что они устроят беспорядок.

Вдруг наверху хлопнула дверь или окно — где-то был сквозняк, и фру Йорансон пошла посмотреть, что случилось. Дети ненадолго остались одни.

— Ну что, Давид, похоже на твой сон? — снова прошептала Анника.

Давид не сразу ответил, он застыл, уставившись на одинокий цветок на окне. Рядом в углу стояли старые напольные часы. Взглянув туда, Анника и Юнас сразу все поняли. Цветок! Часы! Объяснений не требовалось.

Анника подошла к цветку.