— Сам ты склеротик, — огрызнулся первый. — Всё я правильно кричу! Правильно!

— Правильно! — передразнил второй. — Да ты послушай, послушай! У тебя же ритм сбивается! Так только «поп-звёзды» поют.

— Точи-и-ить ножи но-о-ожницы, мясору-убки! — заорал третий. — Точи-и-ить ножи но-о-ожницы, мясору-убки! Вот как надо, господа-товарищи! Музыка! — Точи-и-ить ножи но-о-ожницы, мясору-убки!

Четвёртый мужик прокашлялся и немного стесняясь, пропел:

— Точи-ить ножи но-о-жницы бритвы…

Все остальные удивлённо повернулись к нему. Мужик страшно засмущался, схватил свой агрегат и чуть ли не бегом направился к выходу.

— И откуда такие берутся? — удивился первый точильщик. — Что люди подумают?

— Да ладно, может, он городом ошибся? Может он из Москвы, например? — успокоил второй.

— Из Москвы? Да из дурдома он! Ну, а ты чем порадуешь? — третий точильщик вопросительно повернулся к пятому, последнему.

И тот не заставил себя ждать:

— Точу мясорубки, ножи, ножницы! Точу мясорубки, ножи, ножницы! Точу мясорубки, ножи, ножницы!

После этого начался самый настоящий бардак. Точильщики заорали все одновременно — понять можно было только отдельные слова: «Где, ну, где ты такое слышал?», «Придурок!», «Что за херня!», «Не материться в Грозном!», «Сам дурак!» Заработали ноги, нажимая на педали, закрутились со страшной скоростью точильные камни, полетели в разные стороны искры из-под ножей и ножниц. В воздухе запахло дракой и даже членовредительством.

Женя буквально обалдел от такой картины. Да что же они, с ума все посходили?

— Это не они, это некоторые склеротики сума посходили, вернее — посходят, — раздался знакомый голос. — Не помнят ни черта, понимаешь.