В тот же вечер он заманил к себе местного мэра месье Богаса на дружеский ужин. Месье Богас был человеком внушительным, с пышными усами и узким упрямым лбом на красном лице. Он гордился своей должностью и мечтал сделать карьеру на ниве местной политики. Мэр с живостью принял приглашение своего новоиспеченного гражданина. Никогда в жизни он не забудет прием, оказанный ему хозяином! Оскар Малвуазен встретил своего гостя в домашнем малиновом халате, усеянном морскими звездами. Он привел гостя в мастерскую с голыми оштукатуренными стенами и полом, выложенным белыми и черными плитами. Стол сервирован в углу зала. На одну персону.

— Садитесь и кушайте, — сказал Оскар.

— А вы?

— Я не голоден. Я ем только тогда, когда проголодаюсь. Возможно, через часик — другой! Тогда закажу себе легкую, хорошо перченую закуску. А может, проголодаюсь только на рассвете! Зачем тогда набивать желудок. Но моя фантазия не должна вам помешать отобедать. Кстати, я люблю поболтать, а говорить, кушая, невозможно; с другой стороны не люблю, когда меня перебивают, и так как вы будете есть, то вам будет неудобно отвечать мне. Поэтому, так будет лучше.

— Как вам угодно, — пробормотал мэр.

Оскар Малвуазен хлопнул в ладоши своими тощими руками. Месье Богас аккуратно опустил свой зад на стул и принялся поглощать свежие овощи, поданные лакеем в белых перчатках. Пока месье Богас жевал морковку и ароматный укроп, Оскал Малвуазен ходил из одного конца зала в другой в своем малиновом халате.

— Я поселился в ваших краях, — сказал он, наконец, — потому что я люблю много света, свежий воздух и одиночество. Я — художник.

— Ах! Живопись, — сказал Богас, — Какая великолепная вещь. Кого она зацепит, то не отпускает. Я знаю одного мариниста, который не в состоянии остановиться, рисуя алые паруса в голубом море.