* * *

Баба Поля не любила пессимистов, не понимала их — ведь жизнь так хороша! Для нее не существовало плохих событий, а если и случались вдруг неприятности… они обязательно предвещали счастливые перемены!

«Жизнь, она как качели, — разъясняла баба Поля воспитаннице. — Вверх‑вниз, вверх‑вниз, иначе не интересно, понимаешь, Таисия? Если вниз не опустишься, то и наверх не взлетишь, вот ведь как смешно в этой жизни устроено…»

Если маленькая Таисия падала, в кровь разбивая колени, баба Поля не паниковала, не бросалась с утешениями, а радостно говорила: «Малая беда большую отводит! Подумаешь — ноги, не голову же проломила…»

Если Таисия рвала любимое платье, баба Поля смеялась: «Видно, пришла пора новое полюбить, из этого уже выросла, ишь, голенастая в нем какая…»

Мама с папой не терпели сентенций старухи, но и у них поднималось настроение, когда на папины жалобы — неприятности на работе — баба Поля оптимистично восклицала: «Какие пустяки, было б из‑за чего расстраиваться! — и говорила отцу, доверительно понижая голос: — Теперь непременно жди удачи, помнишь, месяц назад обещали повышение? Вот чует мое сердце…»

Ее сердце чуяло верно, папу скоро действительно ставили начальником цеха, да и все остальные предсказания бабы Поли так или иначе сбывались.

Восьмилетней Таисии казалось, родители побаивались няню. Мама порой просто закрывала уши ладонями и раздраженно кричала: «Ничего не хочу знать, пусть будет как будет, только молчите, Христа ради, тетя Поля!»

Зато отец…

Таисия не раз слышала, как он, перехватив старушку в коридоре, шепотом спрашивал всякие глупости. Например, останавливать ли автоматическую линию для профилактического ремонта или можно месяц потянуть, работы очень много, план буквально горит… И если баба Поля строго говорила: «Тормози, Павел Ефимыч, как бы беды не вышло, что‑то сердце неспокойно, тянет слева, вот тут…» — никогда не спорил, лишь мрачнел и хватался за телефон.