Ну, пожрали они там, что было у Беллы Юрьевны к возвращению дочки наготовлено, обменялись общими впечатлениями по текущему моменту. Из всех впечатлений прошедшего дня пришли они к общему заключению, что, безусловно, морда у Кургузкиной давно кирпича просит. Вполне научно они обосновали для себя картину реального наличия космических импульсов и действительных способностей идиотки Кургузкиной определять собственным извращенным сознанием какие-то жуткие искривления бытия. Почти синхронно вспомнили они ту детскую сказочку про жабу и девочку в майке… Тут Дюймовка даже зарыдал, понимая, что и в мифологии для него никакого выхода из ситуации не предусмотрено, кроме как по норам с кротами и мышками ползать, пока на нем кто не женится из таких же недомерков, тьфу, пока его кто замуж не возьмет. Или наоборот.

— Слушай, я никак не могу жениться до сентября — никак! Ни на мышке, ни на кошке! Я вообще до сентября женат, если меня еще с благоверной без суда разведут.

И выясняется тут страшная ужасная вещь, что буквально до вчерашнего вечера Дюймовка вовсе не был каким-то обсевком рода человеческого, а был вполне нормальным членом общества с паспортом и идентификационным номером. Более того, у него и фамилия была! Тут Дюймовка называет свою фамилию, и Белла Юрьевна просто назад себя падает! И это она еще вчера по бесконечной наивности полагала, что ее сглазили! Так, как сглазили гражданина России, которым еще вчера был Дюймовка — это же вообще бандитизм какой-то!

Долго они молчали, минут сорок… Слов найти подходящих не могли.