Вот и тут берет она, значит, подарочек без всякого внутреннего подвоха. Вернее, девочка-то лыбится радостно, мамаше «спасибо!» говорит, а умудренная жизненным опытом Белла Юрьевна, которая этот странный сон смотрит, заранее вся подсознанием напрягается. Это понятно, погодка во сне сразу портиться начинает, тучки одна за другой на небосклон набегают, ветерок дует как-то предостерегающе. А соплюшке море по колено! Радостно она раскрывает хорошенькую коробочку, а в ней — на палочке как бы цветочек металлический… Смутно вспоминает Белла Юрьевна, что действительно у нее была такая игрушка в детстве. Там нажимать надо было на палку, цветочек ненадолго раскрывался, а внутри стояла навытяжку маленькая толстая девочка, причем, в майке и трусах, это она помнила точно. Даже фильм мультипликационный она в детстве про эту девочку видела. Что-то про жабу.

И пока Белла Юрьевна боролась с накатившими воспоминаниями, ее внутреннее «я» в белом платьице тоже преспокойно нажимает на рычаг, цветочек раскрывается и перед орущей в ужасе девочкой оказывается голый мужик… Проснулась Белла Юрьевна как раз на злобном писке этого мужика: «Да сколько же тебя звать, мамаша? Хорош дрыхнуть! Ты меня решила голодом уморить, что ли? Куска хлеба пожалела, жлобина?..»

— Давайте расставим все точки над «i», гражданин! — строго сказала, окончательно просыпаясь, Белла Юрьевна. — Во-первых, никакая я вам не мамаша! Во-вторых, если бы вы за ночь сдохли — всем бы разом легче стало! Включая вас самого! Поэтому прошу вас вести себя корректно и вежливо с дамой! Тем более, раз решили подхарчеваться у меня на дармовщинку. Наглость какая-то!

— Ну, хорош-хорош, эксцессы устраивать, мамаша! — примирительно сказал мужик, садясь в розовое кресло-качалку. — Я же тоже не виноват, что все время жутко жрать хочу. До шести утра, как мог, терпел, зацени. Сидел и храп твой слушал, крики эти дикие: «Я не хочу эту коробочку, мама!» К тому же вчера мы так и не успели толком познакомиться. Я думаю, мы — одинаково пострадавшие стороны общей форс-мажорной ситуации, так что тащи, что там у тебя от курицы осталось. Пока жру, подумаю, чем тебе расходы компенсировать, болезная ты моя.