— Видишь? — спросил папа.

Хаймек закивал:

— Вижу, вижу…

— И что ты видишь?

— Снег… один снег.

— А за снегом?

— Деревья. Лес… там тоже все в снегу.

— А еще дальше?

— Заснеженное небо, — сердито пробурчал мальчик. Смеется над ним папа, что ли? Но папа и не думал смеяться.

— А дальше… дальше что?

— А дальше нет ничего.

— Неправильно, — сказал папа. — За все этим скрывается Бог…

Время было позднее, но от возбуждения мальчик все вертелся, не в силах уснуть.

— А как называется самая теплая земля?

— Эрец-Исраэль, — вздохнул папа.

— Дотуда нам не добраться, — уверенно заявил мальчик.

— Верно, — согласился папа. — Но в землю, которая называется Ташкент, мы доберемся. А уж оттуда с божьей помощью доберемся и до Израиля. Что ни говори, это меньше, чем переход через Иордан.

— А что будет в земле Ташкент?

Папа ответил не сразу. Потом морщины на его усталом лице разгладились, и он ответил со слабой улыбкой:

— Не беспокойся, сынок. Там будет хорошо. Ведь там почти как в Израиле. Снега нет. Всегда тепло. Фруктовые деревья растут повсюду. Абрикосы, яблоки, виноград… все там растет.

— И падает на землю?

— Прямо на голову. Только не ленись нагибаться и подбирать. Собирай и ешь.

— А арбузы? А арбузы, папа, там растут?

— И арбузы, и дыни… все, что родит под солнцем земля. Там есть повсюду такие каналы… и дети целый день могут в них купаться. Погрелся на солнце — и в воду. Накупался — и снова в воду. — Он наклонился к самому уху мальчика и сказал, словно раскрывая тайну: — Знаешь, что говорят о тех местах? «Ташкент — город хлебный». Запомни это выражение: «Ташкент — город хлебный». А где есть хлеб, там есть и жизнь. Ты… если случится что… ты, сынок, обязан туда добраться…