Я? Я бы вырядился в матадора. А что, у меня еще неплохое тело, если есть поменьше сладкого и мучного. Было бы классно всегда носить с собой меч. Я бы постоянно думал о том, каково это – вонзить клинок в грудь большого животного, увидеть кровь на стали. Я бы… Черт, перечитал последние два предложения. Ну не псих?

Нет, мне просто хочется иметь при себе видимое оружие.

Точно, я бы оделся в самые обычные тряпки, только на поясе носил бы кобуру с пистолетом. Я бы стал Парнем, Который В Любую Секунду Может Спятить и Всех Перестрелять.

Все-таки я псих. Нет, я вполне нормален. Сейчас увидел себя в зеркале и немного расстроился: пухлый сорокатрехлетний мужик с желтой кожей; перхоть; красные пятна на голове, где я расчесал себорею. Неудивительно, что люди моложе тридцати меня в упор не видят. Засуньте меня в «хундай», и я превращусь в Невидимку. Могу совершить любое злодеяние, а когда полицейские спросят у свидетелей, кто преступник, те ответят: «Да какой-то тип в машине».

Какой-то тип, наряженный Амурчиком, только что просунул голову в дверь и спросил, где тут продается «Максвелл Хаус» в больших банках. (Вопрос: ну кто покупает кофе в канцелярском магазине?!)

Амурчик отправился в другой отдел, а я сижу и думаю.

О чем?

О стрелах Амура, конечно. Интересно, я еще могу влюбиться?.. Неужели я и правда написал последнее предложение? Что дальше – у меня отрастет грудь? Опять вспомнил ту гадалку с поджатыми губами. Если человек не меняется, то в чем вообще смысл событий его жизни? Зачем они тому, кто всегда остается прежним?

Снова «Шелковый пруд»

– Можно накормить гостей консервированным супом. Тогда надо мной будет смеяться весь английский факультет.

– Они и так смеются. К тому же у нас нет супа.

– Господи, Глория, ты можешь хоть раз не съязвить? Так, а это что?.. – Стив порылся в ящике с фольгой и обнаружил бутылку джина. – Джин?