Потом я предложил, чтобы машину вел Лазло, а не Джефф, и последний тут же рассвирепел. Я вдруг оказался последним лохом и неудачником – пришлось ехать в «монзе» одному и что есть мочи давить на газ, чтобы поспеть за Джеффом. Никто не сказал мне адрес вечеринки. Шел дождь. Они свалились в реку с моста между аэропортом и Ричмондом. Последнее, что я видел: машина стремительно уходит под воду, а Коррин бьется в окно, глядя мне прямо в глаза. Свет в салоне был включен. Потом уже ничего нельзя было разобрать. Везде сплошная вода, словно на заре истории.

Вот как быстро все происходит в машинах. Они уничтожают время. Разбивают его вдребезги. Тачка Джеффа утонула за пятнадцать секунд, а для меня это длилось двадцать пять лет.

Гадалка оказалась права: после аварии я в самом деле исправился. Но потом мне стало лень, к тому же произошло много всего другого. И давай больше не будем об этом.

«Шелковый пруд»

Решив протереть пыль, Стив вытащил из ящика для ветоши забавные трусы фирмы «Уай-франт» и баллончик средства «Пледж». Затем отправился в гостиную, где его поиски грязи увенчались успехом.

– Бог мой, Глория, когда ты последний раз смотрела на пианино? Тут столько пыли, что оно стало похоже на бильярдный стол.

– В Африке люди умирают от голода, а ты бесишься из-за какой-то пыли? – парировала Глория. – Ненавижу уборку. Пусть ею занимается средний класс.

– Недавно я видел по телику передачу про пыль. – Стив внимательно разглядывал пианино. – Ее слой – целая экосистема. В нем живут всякие твари и организмы. Они умирают, разлагаются, и это привлекает других тварей. Пыль на девяносто процентов состоит из отмершей кожи.

– Стив, меня сейчас стошнит. Убери тряпку и не расстраивай мою пыль. Она была так счастлива.

– Глория, мы живем в дыре.

– Раньше мы могли позволить себе горничную.

– Ну да, у нас были акции крупной Интернет-компании.



23 из 169