Когда моя рубашка оказалась на полу, Вероника провела кончиками пальцев по моей груди, по плечам, вдоль рук до самых пальцев. Потом приблизилась и снизу вверх погладила мою спину. Я нагнулся поцеловать ее, но она покачала головой и отвернулась, хотя по-прежнему меня гладила.

– Вероника!

Ее руки замерли, и она отстранилась.

– У меня нет презерватива.

Наклонившись, она достала из кармана брюк целую пригоршню.

– Откуда ты знала? – Я постарался, чтобы это прозвучало весело и вместе с тем скептически.

– Я не знала. Я надеялась.

Хотя в моих романах полно откровенных сексуальных сцен, я не попытаюсь даже описать, каково было спать с Вероникой Лейк. Излагать секс словами – совсем не то, что им заниматься. Конечно, можно подпустить побольше жесткого порно и клубнички – пусть у идиотов потекут слюнки, – соединяя в пределах одного абзаца различные части тела, но это слишком далеко от реальности – как далека открытка от истинного пейзажа.

Многое из того, что она знала и делала, я уже познал раньше, но теперь у меня вызвали трепет ее подвижность и пыл. Все равно, что оказаться в танцевальном зале с искусной танцовщицей, которая знает каждое па, ни на минуту не хочет присесть, и дает тебе понять, что ты – Фред Астер.

Не знаю, когда мы заснули, но среди ночи я проснулся, чувствуя, что ее волосы щекочут мне шею, а где-то рядом чей-то тихий сонный голос поет «Uptown Girl» Билли Джоэла. Сначала я подумал, что мы не выключили радио, но вспомнил, что вообще его не включали. Потом сквозь паутину сна мне казалось, что голос доносится с улицы, пока до меня не дошло, что голос раздается слишком близко. И я повернулся к женщине, рядом с которой уснул:

– Вероника!

– Uptown Girl...

– Вероника!

– You 've been livin'...

Она лежала, отвернувшись от меня, и медленно перевернулась.