– Я хочу написать роман о том, что с ней случилось на самом деле.

Фрэнни глубоко затянулся и закинул руку за голову.

– Интересная мысль, – Он посмотрел в потолок. – Знаешь, я хочу тебе кое-что показать.

Он встал и поманил нас за собой. На улице Фрэнни показал себя с лучшей стороны, подойдя к неприметному «шевроле».

– Залезайте.

Я сижу в полицейской машине, за рулем Маккейб – начальник полиции... Мне стало смешно.

– Фрэнни, вот если бы по волшебству я мог вернуться в прошлое и сказать себе пятнадцатилетнему: «А что я знаю!».

– Он бы не поверил. Посмотри-ка вот на этот дерьмовый магазинчик. Покупаешь тут пару башмаков, а через два месяца ты бос. Помнишь Эла Сальвато?

– «Зеленый свет»?

– Да. – Фрэнни в зеркальце заднего вида взглянул на Касс – Эл Сальвато... был такой кусок дерьма, товарищ нашей юности. Когда он соглашался с чем-нибудь, то всегда говорил: «Зеленый свет». Ему казалось, что это очень остроумно.

– Но Фрэнни не казалось. Он за это дал ему по носу.

– Верно. Теперь у Сальвато три заведения. Это одно из них. Он держит магазин дешевой обуви, секс-шоп и забегаловку с греческой кухней. В прошлом году баллотировался на мэра, но, слава богу, проиграл.

Начальник полиции Маккейб провез нас туда-сюда по Крейнс-Вью, показал, кому что принадлежит, кто из старых друзей еще живет здесь, и между делом рассказал смешные истории, случившиеся здесь после моего отъезда. Это лишь подтвердило мои опасения: из Манхэттена пришли новые деньги и необратимо обуржуазили наши родные края. Теперь здесь открылось кафе, где подавали каппучино и круассаны, появился дилер автомобильной фирмы «Ауди», вегетарианский ресторан. Но какая-то часть города, каким я его помнил, продолжала существовать в разорванном и искаженном времени, будто в фантастическом романе, и поэтому мне показалось, что городишко совершенно не изменился. Чего стоила одна закусочная «У Скрэппи» – такая же, как и двадцать лет назад.