– Ленинград, кто вызывает «Электросилу» – первая кабина.

– Рига, Кубланова, пройдите в девятую кабину!..

Рядом с Мешковым, в таком же красном кресле, вскакивал и снова садился высокий молодой человек со светлыми глазами. Его тонкую шею перехватывал желтый шарф. В очередной раз упав в кресло, нервный молодой человек потеребил шарф и сказал Мешкову:

– Ее нигде нет!

– Кого? – машинально вступил в разговор Мешков.

– Жены.

– А я здесь при чем? – обрезал Мешков.

– Вы ни при чем. Вы в Москве, я в Москве, она в Златоусте. Ее нет ни дома, ни у родственников, ни у друзей. Ни днем, ни вечером, ни ночью.

– Позвоните ей на работу! – посоветовал Мешков.

– Она недавно уволилась. В больнице ее тоже нет, я проверял. Я живу в этом красном кресле и трезвоню по всему Златоусту. Если она от меня ушла, я не дотерплю до Златоуста, я убью первого попавшегося!

Мешков встал и пересел подальше от опасного соседа.

– Древнегорск. Тринадцатая кабина.

Мешков прошел к кабине под несчастливым номером. Там уже зажегся свет. Мешков закрыл за собой дверь, поднял трубку и услышал:

– Триста восемнадцатый не отвечает!

– Тогда, – решился Мешков, – тогда соедините с администратором.

– Администратор слушает. – Это была та самая администраторша, которая поселяла Мешкова. Чтобы ей не мешали разговаривать, она повернулась спиной к вестибюлю.

А из лифта вышли Таисия Павловна, с этюдником и зонтом, и Иллария, которая волокла все тот же чемодан.

– Жаль, что нет твоего Виктора Михайловича, поднес бы вещи! – усмехнулась старшая сестра.

– Он тебе не носильщик! – отрубила Иллария.

– Постой, отдохни, я ей напоследок кое-что скажу! – Таисия Павловна решительно направилась к администратору.

– Зачем опять нервы трепать… – начала было Иллария, но махнула рукой и села на чемодан.

– Я узнала вашу фамилию, товарищ Тихонравова, – грозно произнесла Таисия Павловна в спину администраторше, – я напишу министру…