— Нет, ничего, — с трудом выговорила Лиза. Её знобило, но уже не от холода. Хоть бы Лёвушка поскорее вернулся, даже сердитый, — с ним не так страшно.

Лялька воровато огляделась, не видать ли Саблезубой, и принялась быстро-быстро мазать губы темно-сизой, как баклажан, помадой. Рассекреченную Евгленой тушь она уже восстановила.

— Ну, пока, — сквозь зубы выдавила она и многозначительно добавила: — Тебя не приглашаю, за тобой персональный лимузин пришлют.

Лиза проводила Лялькину сердитую спину растерянным взглядом.

Прошло минут десять, прозвенел звонок на шестой урок, а Лёвушка всё не возвращался. Вестибюль опустел. В окно лупил дождь. Где-то вдалеке тетя Маша гремела ведром и фальшиво пела про какую-то погоду в доме. Охранник у дверей поговорил с рацией и принялся запирать парадный вход.

Через вестибюль, чеканя шаг, прошел злющий на весь мир Костя Конрад — Лизу он в упор не заметил.

— Куда? — окликнул его охранник. — Через чёрный давай, не видишь, закрываю.

Костя вскинул голову и, едва охранник повернулся к нему спиной, ловко вылез в приоткрытое окно первого этажа. До чёрного хода было рукой подать, но драконий дух противоречия взял своё.

«Совсем Конрад с катушек слетел», — Лиза даже обиделась. Потом натянула куртку поверх Лёвушкиного свитера, а поверх куртки замотала шарф, — из окна тянуло холодом и брызгало дождем. Охранник защёлкнул задвижку и наконец увидел Лизу.

— А ты чего сидишь? Ждешь кого-то? — спросил он. — Иди тоже через чёрный. Здесь закрыто будет до завтра, всё будут мыть, чтоб блестело. Телевизионщики приедут.

«И так всё уже как зеркало», — печально подумала Лиза и понуро побрела к чёрному ходу — может, Лёвушка там её ждет…

Ветер был такой сильный, что Лиза едва сумела открыть дверь — с третьей попытки.