Нина отошла от телефона в полной прострации.

С работы выгнали, муж исчез, может, машину продать? Но это ведь его машина… Интересно, почему его прозвали Тушканчиком? Как выглядит тушканчик? Кажется, это маленький зверек. Где мой муж, будь он проклят? У какой бабы живет? Тут Нину осенила идея. У Альберта есть сестра, Лида. Может, она в курсе? Ее телефон… сейчас найдем. Нашла, позвонила, спросила.

Ответ Лиды был неутешительным:

– Разве ты не знаешь? Его месяц таскали к следователю, какие-то дела с алюминием…

– С каким алюминием? – не поняла Нина, еще не окончательно протрезвела.

– Сегодня ночью Альберта забрали, прямо от Зинки.

На трагическое «забрали» Нина отреагировала меньше, чем на оскорбительное «Зинка»:

– Какая еще такая Зинка?

– Которая у Павелецкого вокзала в киоске торгует всякими чипсами, попкорнами. Она его и втянула в алюминий. Он с ней давно уже путается.

– Куда же забрали Альберта?

– Ты дура, что ли, в тюрьму забрали. Ему грозит семь лет!

Нина выронила трубку и подумала: «Бедный Тушканчик, но зато у меня есть доверенность на машину с правом продажи!»

В СИЗО – не в тюрьму, а именно в следственный изолятор, где содержался Тушканчик, – Нина, естественно, с передачей не поехала, ей это и в голову не пришло. Машину толкнуть помог Люсик. В отношении Люсика к ней произошла перемена, – Нина, несмотря на толстокожесть, это ощутила. Он больше не называл ее «страсть моя», не лез обниматься, восторгов не проявлял никаких. Нина решила – нашел другой объект, его дело. Об истинной причине не догадывалась. За машину выручила пять тысяч двести баксов. Деньги хоть небольшие, полагала Нина, но на первое время хватит.

Близких подруг у нее не было, но все ж таки Наталья была поближе других. Позвонила поплакать на судьбу. Наталья защебетала:

– Куда ты исчезла? Как растворилась. Мы с девочками про тебя вспоминаем…