– Пушкин. “К Чаадаеву”! – крикнула я во весь голос название стихотворения, которое лучше всего помнила из школьной программы.

Но меня схватили за руки. И стащили со скамейки. Я всё-таки успела схватить шапку. В которую кто-то милостиво успел бросить две копейки. Ничего себе. Гения в две копейки оценили. А эти чего ко мне прицепились? Что я такого натворила? Во-первых, я честно хотела заработать. Организовала собственное выступление. Люди, может, уже и думать забыли про Пушкина. Я сделала доброе дело – напомнила. И потом, почему на Пушкина я должна спрашивать разрешение? Но моё мнение никого не интересовало. Меня потащили в высокое здание. Внутри оно пестрело какими-то символами, знаками, атрибутами. В кабинете, куда меня не очень вежливо пригласили, сидело много мужчин. Все они были в очках. И шляпах. И все они не предложили мне сесть. Хотя я была единственной женщиной. Хамы. И я, не дожидаясь приглашения, бухнулась в кресло.

– Встаньте, – сказал мне хор шляп.

Дулю, подумала я. И встала.

– Вы знаете, что в продаже есть полное собрание сочинений Александра Сергеевича?

– Знаю.

– Вы знаете, что в библиотеке можно свободно взять полное собрание сочинений Александра Сергеевича?

– Знаю.

– Знаете ли вы, что наш народ достаточно просвещён? У нас всеобщее среднее образование. Вы это знаете?

– Знаю.

– Что из этого следует? Из этого следует, что читать в центре цивилизованного города Пушкина вовсе не обязательно.

Сейчас я им выскажу. Вот сейчас. Скажу, что они шляпы. А ещё очкарики. И жлобы.